ЧЕХИЯ – Суды

Развитие современных телекоммуникационных технологий привело к значительным изменениям в процедурных вопросах при разбирательствах в судах и в иных государственных органах. Эти изменения касаются форм общения и правил представления доказательств. Адвокаты в своей практике для выполнения требований закона, а затем и самим судом в процессе оценки доказательств, все чаще стали сталкиваться с использованием электронных доказательств. Но и в то же время у них возникли множество проблем, особенно в связи с сомнительной природой электронных документов.

ПРИМЕЧАНИЕ от Пражского адвоката в Чехии Кушнаренко Леонида.

См. также подборку -

по теме СУД:

• http://advokat-amiro/poisk?words=%D1%81%D1%83%D0%B4&is=1&ia=0&pages=0&pf=1&spage[]=0

по теме АВТОРСКОЕ ПРАВО:

• http://advokat-amiro/poisk?words=%D0%B0%D0%B2%D1%82%D0%BE%D1%80%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%B5+%D0%BF%D1%80%D0%B0%D0%B2%D0%BE&is=1&ia=0&pages=0&pf=1&spage[]=0

Применительно к гражданскому процессу в таких случаях положение намного упрощается в юрисдикциях, где следуют англосаксонскому праву – здесь имеет место такие процедурные принципы, на англ. - „discovery“ или „e-discovery“ - раскрытие доказательств или иначе, обнаружение доказательств, позволяющие одной из сторон обращаться к другой поцессуальной стороне с пожеланием о представлении электронных доказательств.

Так можно истребовать, например, всю электронную почтовую переписку в течение определенного периода времени между ответчиком и его поставщиком или записи его переговоров, относящиеся к конкретным вопросам. Доказательства, которые предоставляет протиположная процессуальная сторона, должны быть подлинными, в противном случае, в смысле того, что данные материалы будут не аутотентичными, - это будет вопринято, как нарушение обязательства о выдаче в полном и неизменном виде доказательств и тогда, как правило, такие деяния будут сопряжены уже с уголовнонаказуемыми санкциями.

Допустимость использования в ЧР – Чешской Республике электронных доказательств в ходе судебных разбирательства не оспаривается. В этом отношении в Гражданском процессуальном кодексе ЧР, в положении § 125 определен лишь неполный перечень возможных доказательств, как то: все какие-либо средства, с помощью которых вы можете проверить истинное положение вещей, а особенно все, что касается допроса свидетелей, экспертных заключений деловая документация, высказывания властных структур, отдельных граждан и юридических лиц, нотариальные документы или исполнительские протоколы и иные деловые бумаги, осмотр (примеч. обыск) и опрос (примеч. допрос) фигурантов дела.

Позиция в судебной процедуре, основанная на бремени доказывания, лат. - оnus probandi, сторонами в гражданском процессе, что присуще правовым системам, юрисдикциям континентального типа отлична от позиции сторон в англосаксонских юрисдикциях, и ослаблена: доказательства должны собираться каждым участником процесса и противоположные стороны в деле не имеют права требовать предоставления доказательств друг от друга.

К принципу e-discovery чешское законодательство в контексте гражданского судороизводства приближается по крайней мере в виде института сбора доказательств в соответствии с § 78а Гражданского процессуального кодекса ЧР, когда существование определенного доказательства в электронном виде нотариально удостоверено или заверено судебным приставом – экзекуторский лист. Тем не менее, это не решает основную проблему - если одна сторона имеет право нотариальной записи, подтверждающую факт существования определенных электронных доказательств (например, записи о существовании сайта с конкретным содержанием к определенной дате), хотя у противоположной процессуальной стороны сохраняется возможность оспаривать подлинность такого доказательства. Нотариус или судебный пристав-исполнитель экзекуторского предписания не имеют необходимых средств (или полномочий) для проверки или удостоверения подлинности – они только подтверждают фактически существующее положение на тот момент времени.

О расширении объема востребуемых для предоставления в качестве доказательств электронных средств может идти речь в ситуации (в соответствии с § 78c písm.с) Гражданско-процессуального кодекса ЧР) - когда одна из процессуальных сторон просит об изъятии документов, относящихся к товарам, производство которых связано с нарушением прав интеллектуальной собственности. В этом случае истребуется уже не один документ, здесь определяется целая группа документов, необходимых для представления - например, все электронные счета-фактуры в течение определенного периода, связанные с данным товаром.
Для целей предоставления доказательств в суде в сравнение с англосаксонским принципом e-discovery и в дополнение к тому, следует конкретно определить дальнейшиеосновоплагающие ограничения: необходимая сохранность данных может быть обеспечена только в том случае, если имеется опасение, что впоследствии их не будет возможно вообще получить или можна будет, но с большими трудностями.

Образцом решения с использованием электронных доказательств может служить дело по Faxkarte в Федеральном конституционном суде Германии в связи с нарушениями интеллектуальной собственности. Это был спор о защите прав интеллектуальной собственности, в котором заявитель утверждал, что ответчиком используется часть программного обеспечения заявителя в своем устройстве для анализа факс трафика. Заявитель в своих доводах исходил из совпадения имен файлов исходного программного кода с большим количеством файлов соответствующей программы ответчика. Чтобы установить, имело ли место нарушение авторских прав, было необходимо получить исходный код программы, которая имелась только у ответчика. Один из принципов немецкого процессуального права является то, что стороны не обязаны представлять доказательства , которые могуть быть использованы не в их пользу. Суд низшей инстанции отклонил требования истца, а потому он не смог доказать факт нарушения авторского права. Но в тоже время cуд заявил, что на основе вышеуказанных принципов нельзя заставить ответчика представить исходный программный код, так как идет речь о доказательстве, которое находится под защитой коммерческой тайны. Федеральный конституционный суд, однако, отменил решение суда низшей инстанции. Такое его решение основывалось на положении § 809 German Civil Code - BGB, которое гласит о том, что в случаях возникновения претензии к вещи, а в данном случае имеется спор о правах на интеллектуальную собственность, реализумую в данной вещи, то тогда позволителен осмотр вещи, которое данное право нарушает. Федеральный конституционный суд в данном случае доказывал, что эта опция – исходный программный код также может быть соотнесена с приведенным выше положением, хотя код и не является вещью в юридическом смысле. Суд свое решение обосновал тем, что тот, кому принадлежит авторское право должен быть в состоянии его защитить, а в таком случае, когда у него нет практически никакого другого способа доказать свою правоту, кроме как доказыванием того, что его авторское право нарушено. А потому принцип равноправия сторон должен уступить интересам защиты прав интеллектуальной собственности.

Продолжение следует.

Информация Чешским адвокатским бюро в Праге “Advokátní kancelář Kushnarenko & partners" получена из сайта ePRAVO.cz «Používání elektronických důkazů v řízení»